Category:

О книге, мечте и делах давно минувших дней

В поисках нужной книги вытащил с полки увесистый фолиант в роскошной суперобложке, чтобы вынуть соседнее издание. Невольно вспомнилась занятная история из середины 1990-х, которую давно стоило бы рассказать.

Как-то я захожу в кабинет Варвары, тогдашнего секретаря И.А. Антоновой, по каким-то делам. И обмираю: на стене висит роскошный постер с изображением колоссальной головы Аменхотепа III из Луксорского музея. Фактура, ракурс, полиграфия – ну просто невероятно хорошо.

- Откуда? – спрашиваю почти вожделенно.

Оказывается, ГМИИ давал на сводную выставку по эпохе Аменхотепа III, которая прошла в Париже и США ту самую знаменитую египетскую ложечку в виде пловчихи с цветком водяной лилии в руках. Шедевр вернулся домой, а с ним – роскошный постер и два экземпляра каталога выставки «Аменхотеп III. Фараон-Солнце». Один – в научную библиотеку ГМИИ, другой – в личную библиотеку Светланы Ходжаш, у которой я тогда работал в Отделе Востока. В отделе Светлана Измайловна, как это за ней водилось, ничего о книгах не сказала. О постере, подаренном Антоновой, которая на дух не выносит древневосточное искусство, - тоже.

- А ты не спрашивал, вот я и не сказала. – Ходжаш, пожав губы и совершенно органично смотрясь на фоне египетских рельефов в хранении, была явно недовольна моими восторгами по поводу постера и книг. Книги она давала кому-либо с колоссальным нежеланием, что, впрочем, можно было понять. Пришлось клянчить. Дня через три она, тяжело вздохнув, позвала к себе домой: «Попрешь сам, она тяжеленная, в музей не повезу!»

И вот этот роскошный том с обложкой, полностью повторяющей постер, у меня в руках. Действительно увесистый. Один из двух в стране: в «Ленинке» и «Историчке» ничего подобного не было, уже успел к тому времени проверить.

После очередного занятия  по египетской иероглифике в Кабинете египтологии Института Востоковедения РАН мы все, замирая, рассматривали роскошные страницы фолианта. Да-да, тогда многое еще не превратилось в бессмысленную помойку по отмыванию грантов и после изучения языка мы часто смотрели редкие книги, которые я приносил, одалживая на один вечер, из музея.

Книга казалась чем-то невозможным. Чтобы окончательно поставить точки над «i»: шел 1995 год, интернет по системе dial-up с гудящим и пикающим модемом в РАН пришел год тому назад и ценился на вес золота, информации было мало, все, когда могли, возили книги из-за рубежа (сейчас тоже возим) и такой фолиант был для Москвы событием почти международного масштаба.

Собираясь в первую поездку в Египет, я невольно задал себе вопрос: что бы мне хотелось оттуда привезти. И мысленно прошептал: каталог «Фараон –Солнце!».

Возвращаясь вечером после долгих прогулок по гробницам Саккары, мы со Светлана Левина были почти полностью покрыты пылью. Это были последние дни июня, воздух в Каире казался остекленевшим, у раскаленных пирамид мы были одни, однако это не останавливало и только наоборот добавляло радости: нам не мешали вездесущие туристы. По совету старших коллег я заглянул в знаменитый французский букинист на улице Каср эль-Нил. 

Суета осталась за порогом. Внутри было прохладно, тихо и умиротворенно. Хозяйка магазина – пожилая, по-восточному эффектная армянка, бегала за мной буквально в полуметре: тощий юноша с безумным от впечатлений взглядом, полностью покрытый пылью, точно должен был что-то украсть.

Роскошные фолианты в их почти убивающем изобилии были аккуратно упакованы в пленку, один к одному, горделивые, невероятные и желанные. Хотите полное многотомное издание Франсуа Дома по храму Хатхор в Дендере? Пожалуйста! Или, может быть, нужны тома по скульптурным портретам Среднего царства – так вот же, полкой ниже. Это был кошмар наяву.

Остановившись перед каким-то стеллажом в центре магазина, я уже не глядящими глазами посмотрел перед собой. Упакованный в целлофан, передо мной стоял он, «Фараон-Солнце». Книгу я узнал по корешку, не доставая. Загаданную просьбу исполнили.

Я вытащил книгу. 110 долларов тогда были очень большой суммой, за 150 в Москве можно было месяц снимать неплохую квартиру, не говоря уже о том, что научный сотрудник в Египетском музее тогда часто получал около 45 долларов. И это была ровно половина моих наличных денег в той студенческой поездке. Отбросив сомнения, я протянул книгу бдевшей поблизости владелице магазина. В конце поездки с деньгами было очень туго, но покупка того стоила.

- Месье не желает открыть книгу перед покупкой? – Соболиные брови негодующе-презрительно поднялись вверх, а уголки губ, наоборот, опустились.

И тут мы разговорились. Я рассказал историю о музее, постере и мечте. Через пару минут был чай, удивленные улыбки из-за того, что молодые русские бегло говорили по-французски, и извинения за недоверие. Она никак не могла предположить, что такие пыльные люди с безумным взглядом способны покупать такие дорогие книги ))

Мадам Наринэ давно нет в живых. Магазин процветал до 2018 года, но потом, увы, закрылся после смерти нового владельца - оперного певца Хассана Ками.  А я, когда «Фараон-Солнце» оказывается у меня в руках, вспоминаю эту историю об одной из самых желанных и любимых книг моей библиотеки.

P.S.Принес книгу в музей, похвастаться. Светлана Измайловна полистала.

- Слушай, в каком хорошем состоянии! А моя порвалась по дороге…  - Лицо Ходжаш вдруг просветлело. - А давай меняться: твою на мою, но я тебе свою подпишу на память, а?

Я отказался.

- Жмот! – Вердикт был неумолим, со мной почти не разговаривали два дня.

После смерти С.И. Ходжаш одна из ее преемниц – печально известная своим невежеством Ольга Васильева, ныне – заведующая Отделом Востока ГМИИ – не уведомив библиотеку музея, распродавала книги бывшей начальницы по списку всем желающим, разбазарив её собрание.

(c) Виктор Солкин

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded